Твой софтовый форум > Дополнительные разделы > Про любовь

Лирика

,

любовная и не только

Дата публикации: 31.08.2018 - 06:12
Pages: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133, 134, 135, 136, 137, 138, 139, 140, 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 149, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 159, 160, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167, 168, 169, 170, 171, 172, 173, 174, 175, 176, 177, 178, 179, 180, 181, 182, 183, 184, 185, 186, 187, 188, 189, 190, 191, 192, 193, 194, 195, 196, 197, 198, 199, 200, 201, 202, 203, 204, 205, 206, 207, 208, 209, 210, 211, 212, 213, 214, 215, 216, 217, 218, 219, 220, 221, 222, 223, 224, 225, 226, 227, 228, 229, 230, 231, 232, 233, 234, 235, 236, 237, 238, 239, 240, 241, 242, 243, 244, 245, 246, 247, 248, 249, 250, 251, 252, 253, 254, 255, 256, 257, 258, 259, 260, 261, 262, 263, 264, 265, 266, 267, 268, 269, 270, 271
kontra
Вечер декабрьский салютами весь расшит.
Мира. Любви. И не болеть никому.
Я говорю за тех, кто сейчас молчит
и у окна всматривается в тьму.

Я говорю за тех, кто всегда один,
с кем бы ни жил и ни растил детей,
тех, кто сейчас выдыхает в форточку дым,
тех, кто сейчас молчаливей речной воды,
за одиночек всех полов и мастей.

И наклонился город, который свят,
пусть уже тем, что полон живых людей,
люди за окнами режут на стол салат,
елка стоит, гирлянды висят на ней,

и обнимает, берет к себе на ладонь,
город качает и песню тихо поет:
как же уютно светит живой огонь,
как будет новый, хороший и светлый год.

Вот я стою у окна, выпускаю дым,
вот я дышу на стекло и рисую тут.
Я говорю за тех, кто всегда один.
Пусть нас услышат.
Пусть сегодня придут.

© Лемерт /Анна Долгарева/
kontra
Слушай сюда, кому говорю. Теперь - будешь учиться не умирать, а жить. У тебя нет поражений и нет потерь. Все лоскуты на месте. Осталось их только сшить. Мысли о будущем, как шерстяная шаль, укрывают тебя надёжно от холодов. Терабайты прошлого кто-то в руках держал на серебристом диске, но уронил, да и был таков. Вместо дряни с ларьков ты ешь теперь сельдерей, разноцветные перцы, ягоды и грейпфрут. Ни одна беда не уснёт у твоих дверей. Все тебя обидевшие - умрут. Ты останешься. И остаётся тот, про кого всё твоё в последнее время здесь. Рыбы молчанием разбивают лёд, и лёд заканчивается весь. Берега морей, молочные реки, мёд, никому тебя не предать и не обмануть.

Это тебе прогноз на сверхновый год.
Не потеряй, запиши себе где-нибудь.

© Стефания Данилова
kontra
Так странно...
счастье – оно безлико,
но если кто-то его встречает,
не важно, в Праге, в Милане, в Риге,
то обязательно узнаёт.
Оно по-странному знаменито:
за ним не гонятся папарацци,
никто не пишет ему открыток,
но каждый ждет у своих ворот.

У счастья можно спросить дорогу:
оно так редко сидит на месте,
что потопталось на всех порогах,
лишь в соц.сетях не успело вновь.
У счастья нет ни одной страницы
для сбора горстки фальшивых «лайков»
под «Эй, завидуй, я был в столице,
смотри на фото, как ем морковь!».

У счастья нет своего гражданства,
оно не делит людей на веры:
ислам, буддизм ли, христианство –
под сотней брендов – один товар.
Оно не носит в кармане сито,
чтоб всех отсеять по разным меркам:
богатых, бедных, голодных, сытых,
красивых, юных, и тех, кто стар.

За счастьем нужно вставать с постели,
искать, творить, собирать фрагменты,
ведь счастье редко бывает цельным,
оно из слов, городов, имён.
Не будет счастье с тобой все время
лежать под боком, лицом в подушку,
хотя...
такое случалось с теми,
кто был однажды насквозь влюблен.

(с) Deacon
kontra
Эта песня стара, как мир: он уехал, она ждала. Затирала портрет до дыр, и на сердце была дыра. По ночам зажигала свет у дверей, чтобы он вошёл. Сберегала его от бед, улетая к нему душой.

Он уехал, и всё забыл, сделав шаг за ее порог. В окружении лиц и рыл пел Орфеем, плясал, как бог, говорил Цицероном, пил, будто Бахус сошёл с небес. Многолик и ширококрыл, молодой и прекрасный бес.

Он уехал, но для неё он остался навеки с ней. Превратились давно в гнильё все цветы, что дарил Орфей, отзвучали его слова, испарилось его вино. А она всё его звала в незадернутое окно.

Он не слышал, он пел и пил, прожигал, зажигал и жёг. Но попадали перья с крыл, стал не бог он, а так, божок. Поседевший, обрюзгший бес, потерявший себя в вине, в недрах памяти, наконец, отыскал свет в родном окне.

И сорвался с олимпа вниз, и ногами топтал асфальт, думал - сделаю ей сюрприз, притащившись в такую даль.

А она перестала ждать, хоть буквально вчера ждала. Пригласила в свою кровать не имевшего ни крыла, ни бесёнка в своей душе человека, чей дом - она. И не нужен ему вообще ни полет и ни два крыла, ни олимп, ни его огни, только лампа в родном окне.

И тягуче тянулись дни, и однажды пришёл он к ней, тот, которого так ждала, пока он танцевал и пел.

Эта песня, как мир, стара: он вернулся, но не успел.


Мальвина Матрасова
kontra
ночь на летнем переломе - пора загадок,
лет сто двадцать - тридцать - сорок - назад (и вбок?):
выходи, раскинув руки, и в небо падай,
пусть фрегат летучий нас заберет с собой.

паруса раскрылись крыльями, ловят грозы,
шестеренки тянут снасти, мигает свет.
капитан, сломался компас, идем по звездам,
нас ведет лохматый Сириус - белый зверь.

ты б хотел, мой друг, родиться в ином столетьи,
в странном мире, где часы навсегда стоят?
небеса несут не смерть - кучевые сети,
все оружие - клинок, пистолет и яд?

слишком много мир придумал - себе на гибель,
"стоп-машина" раньше выкрикнуть - не успеть...
кем мы были б в этой сказке - друзья, враги бы?
ты - пират воздушный? я - паровой доспех?

может быть, так все же выйдет? еще не поздно?
променять судьбу на суп, взять вино к вине...
капитан, сломался компас, идем по звездам,
и они хрустят под килем, как будто снег.

WOLFOX
kontra
По московской дороге леса, по луганской сады,
ни одна не подскажет, куда уезжать от беды,
ни одна не поведает миру, зачем ему мы,
только то, что леса по тверской и по тульской холмы,
так и едешь, а где-нибудь едет по следу беда,
по казанской дороге — трава и стальная вода,
а дорога длинна, а дорога чертовски длинна,
и не помнишь ни лица, ни данные им имена,
только утренний свет, только травы в рассветной росе,
а колеса шумят, а колеса щекочут шоссе,
или ритмом проворным дорожное шьют полотно,
а куда и откуда, им все совершенно равно,
и в Обводном канале вода, и в Кубани вода,
ни одна не расскажет, кого унесет и куда,
ни одна не придумает, что мне поделать со мной, —
где угодно волна говорит говорящим с волной,
что на севере мгла, и с востока надвинулась мгла,
и она позовет, только там я еще не была,
только мне не туда, мне пока еще есть что спасать —
по калужской дороге леса, по московской леса.


Айриэн
Henry723
Гость

Все как раньше: в окна столовой
Бьется мелкий метельный снег,
И сама я не стала новой,
А ко мне приходил человек.

Я спросила: "Чего ты хочешь?"
Он сказал: "Быть с тобой в аду".
Я смеялась: "Ах, напророчишь
Нам обоим, пожалуй, беду".

Но, поднявши руку сухую,
Он слегка потрогал цветы:
"Расскажи, как тебя целуют,
Расскажи, как целуешь ты".

И глаза, глядевшие тускло,
Не сводил с моего кольца.
Ни одни не двинулся мускул
Просветленно-злого лица.

О, я знаю: его отрада -
Напряженно и страстно знать,
Что ему ничего не надо,
Что мне не в чем ему отказать.

Анна Ахматова

1 января 1914
kontra
Когда ты встречаешь ангела, не важно, в метро ли, в булочной,
Созвездия вниз не падают, небес не трещит эмаль.
Не ёкнет в груди волнение, и ветер, беспечно уличный,
Не будет дрожать под крыльями, звеня, как резной хрусталь.
Часы не замрут испуганно, споткнувшись о грань деления,
Не станет бледнеть, как при смерти, горбатый старик-фонарь.
И в парке, осенне-пламенном, не будут цвести растения,
А в лужах, от ряби сморщенных, никто не найдет янтарь.

Когда ты встречаешь ангела, то вряд ли заметна разница -
Прохожий с зонтом и сумками, такой же, как все вокруг.
Ему не поют священники, и грешник ему не кается,
И в ноги ему не падают, никто не целует рук.
И чудо в страницах Библии не хлынет рекой по городу -
Слепой не увидит улицы, и хлебом не станет пыль.
Но вдруг понимаешь, как это, творить чудеса без золота,
Без крыльев из белой платины, меча и волшебных сил.

Словами, не только действием лечить удается раненых.
Места уступая в транспорте, никто не лишился ног.
Улыбка промозглой осенью бывает теплее пламени.
И нищим никто не сделался, услышав «Подай, сынок!»
Не мир вычищай от темного, а сам обращайся к чистому,
Не город спасай от голода, а кошку и трёх котят.
И ангел, что брёл по улице, внезапно узнает близкого,
В каком-нибудь отражении случайно поймав твой взгляд.

(с) Deacon
kontra
Тут, через топь, босиком, а то ба заругает - "снова по говнам, а я потом чисти ботинки". Речка Веснянка всегда разливается в мае. Все остальные - в апреле. В бобровых плотинках яркими пятнами светится мусорный пластик. Мусор давно стал обыденной частью ландшафта.
Мальчик идёт босиком через топь и он счастлив больше, чем сможет ещё раз быть счастлив когда-то.
Мальчик идёт через топь и садится в лодчонку. Рядом с собой аккуратненько ставит ботинки. Там, на другом берегу, его ждёт собачонка с чёрными пятнами возле ушей и на спинке.
Он приплывает и дарит собаке сардельку. Он незаметно стащил ее после обеда. Он обещает: увидимся через недельку. Папа сказал, взял обратно билеты на среду.
Он уезжает счастливый: ну надо же, в город! Как хорошо, что ботинки совсем не запачкал. Бабушка плачет - нашла себе, тоже мне, повод. Хлюпает носом, салфеток истратила пачку.
В городе здорово! Видел машину без крыши, как в телевизоре. В жизни ещё интересней. Небо тут ниже, а звезды, наверное, выше, раз их не видно. В метро очень душно и тесно, в новой квартире квадратно, просторно и гулко. Мальчик босыми ногами стучит по паркету. В чистых ботинках выходит во двор на прогулку. Не уезжает обратно четвёртую среду. Не уезжает в четверг. Остаётся в субботу. Мама во вторник ведёт на знакомство со школой. Мы, говорит, будем здесь, у отца тут работа. Да и учеба тут всяко получше, чем в сёлах.
Мальчик сначала скучает, потом привыкает. Он забывает про чёрные пятна на спинке, речку Веснянку с плотинками мусора в мае, бабушку, лодку, холодную топь и ботинки.

Выросли втрое ботинки и стали дороже. Им не ходить через топь и не плавать на лодке. Им элегантно блестеть лакированной кожей и постараться смягчить косолапость походки. Ездить в салонах авто и топтаться на пьянках в чем-то похожем на танец. Сидеть в кабинетах.

Май. Как всегда, разливается речка Веснянка. В прежние рамки вернётся, как водится, к лету.
Берег реки подразмыло почти до ботинок. Хлюпают детство и топь под босыми ногами. Он каждый год убегает сюда от рутины. Чтобы собака, и лодка, и ба заругает.

Мальвина Матрасова
kontra
Фрагменты лета – горсть конфет, и с каждым днем в кармане меньше. От августовских двух недель уже горчит осенней спешкой. На локте виснет старый зонт, а дождь, унылый беспризорник, все чаще бродит по двору, баюкая осколки скорби.

А город снова постарел, ссутулившись под брюхом тучи. Из летом пойманных чудес осталось только делать чучел. В дожде немного волшебства, когда он льет без остановки, а клён, стоящий на углу, раздал последнюю листовку.

В такие дни приходит мысль, что волшебство – не кролик в шляпе, не в рукаве лукавый туз, не склянка приворотных капель, не круг для ловли юрких снов, не травы, собранные в полночь, не заговоренный кулон и не обряд, что сделан точно.

Оно в светящемся окне, когда спешишь домой, продрогший, в страницах книг, что бьют строкой, рассыпав буквы льдом по коже, в пронзительных узорах нот, что гонят сердце в новом бите, в дорогах, вьющихся у ног игривой бесконечной нитью.

Оно хранится в рюкзаке, что носишь ты в оправе ребер, вмещает море, облака, пустыни и лесные тропы. И если сможешь совладать с ноябрьской когтистой лапой, быть может, это часть тебя форсит в остроконечной шляпе?

© Deacon
Быстрый ответ:

 Включить смайлики |  Добавить подпись


Pages: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133, 134, 135, 136, 137, 138, 139, 140, 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 149, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 159, 160, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167, 168, 169, 170, 171, 172, 173, 174, 175, 176, 177, 178, 179, 180, 181, 182, 183, 184, 185, 186, 187, 188, 189, 190, 191, 192, 193, 194, 195, 196, 197, 198, 199, 200, 201, 202, 203, 204, 205, 206, 207, 208, 209, 210, 211, 212, 213, 214, 215, 216, 217, 218, 219, 220, 221, 222, 223, 224, 225, 226, 227, 228, 229, 230, 231, 232, 233, 234, 235, 236, 237, 238, 239, 240, 241, 242, 243, 244, 245, 246, 247, 248, 249, 250, 251, 252, 253, 254, 255, 256, 257, 258, 259, 260, 261, 262, 263, 264, 265, 266, 267, 268, 269, 270, 271


SoftoRooM.NeT lite версия, полная версия - здесь: Лирика
SoftoRooM.NeT © 2004-2018